Вывихнутое плечо Гитлера и рижская пороховая башня.
Общеизвестно, что в "пивном путче" Гитлер счастливо отделался вывихнутым плечом.
Плечо ему вывихнул Макс Эрвин Рихтер (фон Шойбнер-Рихтер).
Макс Рихтер это еще один неудавшийся русский, сыгравший судьбоносную роль в Европе.
Дело началось в Риге, которую градоначальник по требованию русского губернатора края перекраивал на мирный лад. Крепостные стены срыли, а пороховую башню сначала сохранили, как историческую реликвию, а потом отдали студенческому братству, той самой Рубонии. В Рубонии состояли люди разных сословий и племен, в том числе и евреи. Для превращения ветхой башни в таинственный рыцарский замок требовались деньги, и деньги сделали весьма остроумным образом - силами студентов соскребая с башни вековые наслоения голубиного помета и продавая его в мешочках местным огородникам, как чудо-удобрение.
Рубонцы действовали по романтическому образцу и подобию германских студенческих братств, то есть пьянствовали, читали зажигательные стихи на тему рыцарства, танцевали с приглашенными дамами и дрались на эспадронах в этой самой пороховой башне.
В отличие от настоящих немцев, шрамы на физиономиях друг другу делать не полагалось. Полагалось же сохранять братскую приязнь и по окончании студенческих лет старшие члены братства помогали младшим устроить деловую жизнь.
В 1905 году, когда Розенберг и Шикеданцъ были еще сопляками, Рихтер, свежий выпускник 21 года от роду получил боевое крещение, защищая башню от коммунистов, устроивших в Риге примерно то же самое, что и в Москве, то есть баррикады, но с оттенком "грабь награбленное" и "узников царизма - на свободу".
Любопытным образом в Риге коммунисты переманили на свою сторону латышей и эстонцев, как обездоленных немецкими буржуями и помещиками, так что Рихтеру досталась пуля в колено неизвестно от кого - не то от угнетенных национальных меньшинств, не то от большевиков.
Этой пули оказалось достаточно. Рихтер вместо веселого русского, любимца женщин и зачинщика пирушек, стал угрюмым хромоногим немцем и уехал в Мюнхен лечиться задолго до пролетарской революции 17го, основав затем там свое дело. В Мюнхене он познакомился с богатой вдовой Шойбнер, женился и стал писаться фон Шойбнер-Рихтер, довершив свою конверсию в немецкого аристократа.
У него дома и остановился голодный беженец Альфред Розенберг. Потому что Рубония это святое, юношеское, замечательное.
Ну а далее, в 1923м, Шойбнер-Рихтер, очарованный демагогией Гитлера и уверовавший в то, что это спаситель отечества, пошел против полицейских кордонов, рыцарски прикрывая Фюрера своей грудью, получил пулю в сердце и в предсмертных судорогах вывихнул Адольфу плечо. В "Майн Кампф" ему посвящены первые страницы.
Общеизвестно, что в "пивном путче" Гитлер счастливо отделался вывихнутым плечом.
Плечо ему вывихнул Макс Эрвин Рихтер (фон Шойбнер-Рихтер).
Макс Рихтер это еще один неудавшийся русский, сыгравший судьбоносную роль в Европе.
Дело началось в Риге, которую градоначальник по требованию русского губернатора края перекраивал на мирный лад. Крепостные стены срыли, а пороховую башню сначала сохранили, как историческую реликвию, а потом отдали студенческому братству, той самой Рубонии. В Рубонии состояли люди разных сословий и племен, в том числе и евреи. Для превращения ветхой башни в таинственный рыцарский замок требовались деньги, и деньги сделали весьма остроумным образом - силами студентов соскребая с башни вековые наслоения голубиного помета и продавая его в мешочках местным огородникам, как чудо-удобрение.
Рубонцы действовали по романтическому образцу и подобию германских студенческих братств, то есть пьянствовали, читали зажигательные стихи на тему рыцарства, танцевали с приглашенными дамами и дрались на эспадронах в этой самой пороховой башне.
В отличие от настоящих немцев, шрамы на физиономиях друг другу делать не полагалось. Полагалось же сохранять братскую приязнь и по окончании студенческих лет старшие члены братства помогали младшим устроить деловую жизнь.
В 1905 году, когда Розенберг и Шикеданцъ были еще сопляками, Рихтер, свежий выпускник 21 года от роду получил боевое крещение, защищая башню от коммунистов, устроивших в Риге примерно то же самое, что и в Москве, то есть баррикады, но с оттенком "грабь награбленное" и "узников царизма - на свободу".
Любопытным образом в Риге коммунисты переманили на свою сторону латышей и эстонцев, как обездоленных немецкими буржуями и помещиками, так что Рихтеру досталась пуля в колено неизвестно от кого - не то от угнетенных национальных меньшинств, не то от большевиков.
Этой пули оказалось достаточно. Рихтер вместо веселого русского, любимца женщин и зачинщика пирушек, стал угрюмым хромоногим немцем и уехал в Мюнхен лечиться задолго до пролетарской революции 17го, основав затем там свое дело. В Мюнхене он познакомился с богатой вдовой Шойбнер, женился и стал писаться фон Шойбнер-Рихтер, довершив свою конверсию в немецкого аристократа.
У него дома и остановился голодный беженец Альфред Розенберг. Потому что Рубония это святое, юношеское, замечательное.
Ну а далее, в 1923м, Шойбнер-Рихтер, очарованный демагогией Гитлера и уверовавший в то, что это спаситель отечества, пошел против полицейских кордонов, рыцарски прикрывая Фюрера своей грудью, получил пулю в сердце и в предсмертных судорогах вывихнул Адольфу плечо. В "Майн Кампф" ему посвящены первые страницы.