Савелий Балалайкин (balalajkin) wrote,
Савелий Балалайкин
balalajkin

Category:
Наконец собрался написать про топор и ножики кузнеца и поэта Константина Долматова kuznec_d_k, с точки зрения потребителя. Отдельно. Для рекламы и вообще. Отдавая должное.

Вначале был топор. Начал пользоваться в ноябре 2014, пользуюсь по сей день, в основном в саду, разрубая сучья для последующего измельчения в щепу (щепу делает отдельный аппарат) и в походах - срубить сухостой и разделать на дрова, сделать колышки, настрогать стружку для растопки.



Топор я заказал из соображений имеющих малое отношение к промыслу лесоруба или столяра. Всякое изделие должно обладать надежностью, функциональностью и красотой. В изделиях Долматова эти измерения присутствовали и были выражены весьма ярко, но еще и дополнялись духовным измерением кузнеца и поэта. Берем в руку топор, вспоминаем пару строчек, и работать веселей.

Топор удобно ложится в руку. Изгиб рукояти позволяет балансировать его для хвата двумя или одной рукой. Кожаную петлю вроде темляка для продевания кисти руки собирался привязать, но так и не собрался - и так хорошо, рукоять не скользит. Благодаря солидному весу лезвия, легко колоть дрова и обрубать сучья. Можно было бы и голову срубить, да некому. Благодаря тому, что лезвие с "бородой", можно охватить рукоять прямо под лезвием и отесывать мелкие колышки или строгать щепу на растопку. Это неоспоримое преимущество в походах.

Топор сидит на рукояти как влитой, никаких признаков расшатывания пока нет.

Лезвие острое, но не просто острое, как хорошо отточеный топор из нержавейки. Это я обнаружил, схватившись как остолоп и скользнув пальцем. Порез был глубоким, хотя угол заточки был обычным, топорным, и без малейших заусенцев. Лезвие "вгрызается", то есть имеет натуральную микропилу. Думаю, таким лезвием можно было бы в походах рубить мясо и лук на пельмени, как кухонным тесаком, а отполировав потоньше - бриться, но пробовать такой экстремальный спорт пока ни к чему. Волоски сбривает и так.

После всех проб и работ на лезвии образовалось два микроскопических "завала", которые я снял мелким бруском. Точить же основательно пока смысла нет. Лезвие вварное, из какой оно стали я забыл, но очевидно вполне "ножевой" твердости.

Ржавлению же почти не поддается. Обыкновенно перед отправкой топора на длительный покой я спрыскиваю лезвие WD40 или обычным машинным маслом и протираю тряпкой. Всяко ржавчина появилась, но беспокойства не вызывает. Образуется она в сырую мельбурнскую зиму, в некоторых местах - как то на стыке лезвия и относительно мягкой стали и в некоторых следах ковки. Вглубь ржавчина не идет и кажется вполне доброкачественной, покрывая сталь довольно прочным бурым налетом. На фотографии это можно разглядеть при желании.

Надо сказать, что климат нашей деревеньки не просто сырой в зимние месяцы, но часто дует ветер с моря и несет пыль с солью. Благодаря этому мои прежние ножики из сварного дамаска ржавели вовсю, несмотря на регулярную смазку и хранение в ящике стола в кабинете. Топор же прилично сохранился в сыром, неотапливаемом гараже.

Перейдем к ножикам.

1. "Шеф"

no title

Это "тройник", - средний режущий слой из стали 40Х13, допольнительно науглероженной, и с некотрыми очень специальными хитростями, которые открывать публике пока нельзя, обкладки же из нержавеющего дамаска из той же 40Х13, но с никелем.

В результате многочисленных сварок с науглероживанием средних слоёв до белого чугуна, получился металл, к исходнику (40Х13) дела практически не имеющий.

Кузнец говорит - возни с этим дамаском вдвое или втрое против обыкновенного, но изделие того стоит. Узоры на лезвии удачно дополняются узорами на рукояти из многолетнего нароста на горелом эвкалипте. Регулярные пожары в эвкалиптовых лесах часто создают такие наросты, в которых живая древесина перемежается с обугленной, а силикаты и отложения кальция придают ей особую твердость и плотность. Не буду вдаваться в тонкости инженерной конструкции и расписывать кантианскую вещь в себе, остановлюсь на качествах-для-пользователя. Как пользователь я шеф-повар выходных дней, а последний год, с переносом главного рабочего места в домашний кабинет - и в будни. Это дает очень приятный отдых голове, так что нож этот в работе регулярно.
На кухне этот нож вполне универсален и редко нуждается в дополнении какими-то иными. Шинковать овощи им так же удобно, как и резать колбасу. Причем это можно делать кажется до бесконечности - острота лезвия совершенно не теряется, точить за два месяца пока не приходилось. Микропила лезвия такова, что мягкие помидоры и хлеб режутся без особого нажима, хотя кажется можно довести остроту и до совершенно зияющих высот благодаря сочетанию твердости и вязкости стали, - но это я попробую когда-нибудь, когда он заметно затупится. Для пробы я строгал им и деревяшки, пробовал рубить, но без особого зверства. "...вынесет всё - и широкую, ясную..". Держать его можно и так, как это делают наши, и так, как это делают, скажем, японцы, евпочя. В любом хвате удобно ложится в ладонь и кажется достаточно легким, чтобы орудовать им без утомления.
После резки чеснока и лука темные места дамаскового узора стали еще темнее, потемнел и средний режущий слой, и это все изменения. После работы я смазываю лезвие оливковым маслом, вкладываю в ножны и убираю подальше от домашних. Фигушки им.


2. Филейник бродяги, охотника и рыболова

no title

Рукоять из тасманской сосны, которая на самом деле не сосна, а нечто реликтовое. Она пахнет ладаном, несмотря на пропитку маслом с керосином. Чем упорнее им работаешь - тем сильней пахнет.
Дамаск в нем ржавеющий, хотя это вначале было незаметно из-за зеркальной полировки, а режущий средний слой аналогичный предыдущему. Лезвие тонкое и гнется так, как полагается филейнику, чтобы спустить с рыбы шкуру и отделить кости, не задев мяса. Размер его вполне достаточен, чтобы срезать филе не только с рыбьих костей, но и с любого австралийского млекопитающего или скажем крокодила. Если что, можно и между ребрами воткнуть и чики-брык. Рыбу-мясо разделывать до сих пор не пришлось, крокодил не ловится, увы, но вегетарианское филе из манго, дыни, арбуза, папайи приходилось. Сам пользовался, жена пользовалась, ей этот нож понравился особо, так что чуть было не выпросила этот нож для своих филейных дел. Соответственно ржавеющий дамаск сильно потемнел и покрылся цветами побежалости, которая снялась после протирки оливковым маслом. Попробовал лезвие слегка подточить на тонком бруске - не из действительной надобности, а для практики, и часть узора сошлифовалась на нет. Обзавелся хлорным железом для протравки, чтобы восстановить красоту, но пока не собрался, ибо дело-то пустяшное.


3. Мой любимый ножик, русско-финский

no title

Рукоять из мореного дуба, тверда и надежна, слегка пахнет керосином и маслом.



Дамаск в нем опять нержавеющий, как и в шефе, и опять же с хитро науглероженным средним слоем. Лезвие довольно тонкое для охотничьего ножа, хотя и вполне жесткое. Наличие некоего фальш-лезвия ближе к острию добавляет этому ножу пырятельные свойства, - я об этом уже писал. Взял в левую руку бутылку из жесткого пластика из-под минеральной воды и пырнул как мне казалось совершенно слегка - бутылка проткнулась насквозь и заодно почти насквозь проткнулся указательный палец левой руки. Крови было на удивление много и она еще сочилась дня три подряд, видимо пропоролась и небольшая вена, и это особенно удивительно - вены ведь они как резиновые трубки, обычное острие соскальзывает, а тут поди-ка.

Как и прочие ножи автора, этот финорез режет любой предмет с радостной легкостью, как бы этот предмет ни был мягок или тверд, от мягкого хлеба и томатов до пластиковых бутылок. Пробовал я им орудовать вместо топора, отесывая колышки, и тоже вполне удачно. Рубил ствол горелой акации (аж звенит, как кость) и тоже не не без успеха. Хотя конечно для рубки дров этот нож не предназначен, но при наличии религиозного фанатизма можно и дуб свалить. В заточке пока не нуждается, бреет волосы на руке как и прежде, лезвие не зазубривается, не выкрашивается, ржавлению не поддается, хотя на всякий случай протираю его оливковым маслом перед тем, как убрать в ящик. Дамасковый узор может быть слегка потемнел, намного менее заметно, чем на филейнике, но по-прежнему прекрасен. Рукоять ложится в руку самым приятным образом, но можно его и перехватить так, чтобы снимать шкуру или вытряхивать кишки. И похвастаться им перед прочим человечеством можно очень даже приятным образом, есть в нем неброская красота, совпадающая с красотой наших пейзажей. Ничего лишнего, кроме конечно остолопа, который им пользуется.

У всех трех ножиков детали подогнаны без зазоров, лезвия ровные, симметрия соблюдена вполне, но в них заметна душа ручной работы. Вполне годились бы и для выставки и любования коллекционерами, а не для работы и лежания в ящике.
Tags: гешефт, нож, реклама, топор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments