Татьяна Горичева (в беседе с Александром Секацким): В нашей первой беседе я хотела бы остановиться на вопросе, который меня очень сильно волнует как человека, живущего в разных мирах — одновременно и разновременно, — как все мы теперь живем в разных мирах и в одном мире на вопросе перехода от Эдипа к Нарциссу. Многие социологи и философы, в том числе Лакан, Липовецки, Жижек, говорят о том, что закончилась эпоха Эдипа как эпоха табу, символических запретов, норм, которые должны строго соблюдаться. Сейчас наступает эпоха, когда все разрешено. Психоаналитики объясняют своим пациентам и на Западе, и у нас в России делайте все, что хотите. Это естественно приводит к состоянию, когда человек ничего не хочет, просто не знает, чего хотеть. Ведь если нечто запрещено, то хочется этот запрет преодолеть и компенсировать. Теперь наступает время, когда все позволено. У Лакана встречается выражение «plus de jouissanse», показывающее, что наслаждение должно либо быть отрицаемо, либо прибавляться, иначе его просто нет (об этом хорошо говорит французское слово «plus», одновременно означающее отрицание и прибавление). Тем самым формулируется основной закон нашего существования, но он не действует в эпоху, когда все разрешено. Появляется Нарцисс, «черный квадрат», как выражается Слотердайк. Это человек потребляющий, у которого нет ни субъекта (субъект давно уже умер), ни субстанции (субстанция умерла еще раньше), ни воли, ни установки, ни тенденции, ни тактики. Этот человек — не только француз, немец, американец, это и русский человек. Он стремится к одной из двух вещей или к интенсивности саморазрушения, или к потреблению. Такой тип очень хорошо может объяснить ситуацию, когда наркотики означают все. Мы знаем, что начиная с одиннадцати лет, а то и раньше, огромная часть молодежи, даже где-нибудь у нас в Вологде, начинает употреблять наркотики. Наркотик — это абсолютно другое, и прежде всего другое самому тебе. Даже вино не есть абсолютно другое, вино — родное, оно соединяет сознание с подсознанием. Наркотик же разрушает все внутрипсихические связи. Многие психотерапевты пишут, что «черный квадрат», Нарцисс очень обидчив. Ибо он не знает, кто он такой, он ищет референт, за который можно уцепиться, и который был бы пределом его собственной инаковости.
-----
К просветленному взгляду Горичевой я бы добавил вот что: современный нарциссизм отягощен комплексом неполноценности. С одной стороны, интеллектуальная элита ощущает свою физическую и инстинктивную неполноценность; утрату природного естества, с другой - отсталые классы населения ощущают свою интеллектуальную неполноценность. Соотвественно, и те, и другие глядят друг друга, как Нарцисс в свое отражение в темной воде пруда, отыскивая недостающие черты. Элитарии отыскивают в обитателях чернокожих гетто ту самую естественную, радостную витальность, неразрывно связанную с хищническим насилием, о которой они мечтают и иногда соприкасаются с нею в наркотических трипах, а обитатели гетто ищут и находят в письменных и устных выступлениях элитариев обоснование моральности собственного существования.
(К вопросу о знаковом наркомане Джордже Флойде и "протестах", выражающихся в незаконном потреблении и/или уничтожении совершенно потребительских товаров).