Хорошо бы, чтоб названия улиц Русской Столицы создавали для прогуливающегося настоящий исторический пейзаж. Чтобы, например, можно было прогуляться по проспекту Николая Второго Романова, заполненному псевдорусскими особняками и чересчур глянцевыми церквами, посмотреть на синеющий в его конце нарочито глухой лесопарк, в котором и днём страшно, свернуть на улицу Ленина, окруженную странной смесью конструктивистских фантазий и глухих тюремных стен, поглазеть на тупички Троцкого и Бухарина, в которых ютятся газетные редакции, повернуть на потрескавшуюся и ухабистую, но оживлённо рокочущую грузовиками сталинскую магистраль, то ныряющую в тоннель, то выбирающуюся наружу, прорезающую старинные здания и подмявшую под себя сады, - бочком пройти по узенькому тротуарчику, нырнуть под полуобвалившуюся арку, выйти к часовенке в переулочке Власова, куда ходят ссать бомжи. Пройти по подземному переходу, оказаться вдруг на Ельцинской площади, с вонючим восточным базарчиком, удаляться от центра, всё дальше, дальше - покуда дышать наконец не станет совсем легко.