Савелий Балалайкин (balalajkin) wrote,
Савелий Балалайкин
balalajkin

Categories:

к вопросу о нравах в итальянской глубинке

Взгляды местных жителей представляют собой толщи наслоений, понятных до конца только кропотливому археологу.

К примеру, такой вот субъект - пенсионер, честно отработавший в Турине и под закат жизни обосновавшийся в небольшой горной деревне, по соседству со своими многочисленными родственниками.

По политическим взглядам - типичный итальянский левак, а по религиозным - яростный атеист. Но с нюансами, как написал бы Виктор Конецкий. Такой вот нюанс:
Терпеть не может нынешнего президента Берлускони, особенно за его омерзительно успешную предпринимательскую деятельность. Полагает, в частности, что умножившиеся в последнее время кругом мини-супермаркеты, которые скорее похожи на обыкновенные деревенские лавки с их относительной дороговизной, теснотой и скудостью ассортимента - это дело рук Берлускони. Ездит куда подальше, по опасным горным дорогам в настоящий, большой супермаркет, реликт 90х, или даже 80х, я экономическую историю Италии так подробно не знаю.
Деньги никуда не вкладывает принципиально. Сбережения хранит в ему одному известном месте, а тратит только пенсию (довольно жирную), да и то далеко не всю. Говорит, что откладывает на будущее - на свои похороны, на возможные несчастья и стихийные бедствия, а ещё и на отдых на море, например. Жизнь на пенсии в горах отдыхом у него не считается. Он действительно работает с зари и до заката. Стрижет траву в саду. Даже не стрижет, а бреет. Подрезает розы. Следит за созреванием слив. То устанавливает, то разбирает беседку. Заготавливает вино в больших бутылях для себя и в обыкновенных бутылках - для гостей. Собирает грибы и сушит их. Отапливает дом тремя способами - электричеством, газом и дровами, так как тепло он любит. Зимой уезжает в душный Турин, где он когда-то работал начальником цеха на трансформаторном заводике. Там у него осталась маленькая квартира, но зато есть большой погреб, и там тоже вино, грибы и ещё много чего. И топить дешевле.

Сдавать пустующую квартиру или дом, или хотя бы этаж жильцам - для него было бы чересчур тяжелым психологическим потрясением. Как он сам говорит, невозможно, чтобы кто-то чужой трогал его собственность в его отсутствие.
Также психологически невозможно для него взять деньги в долг, под проценты, даже для верного предприятия. Купить ещё одну доходную квартиру мог бы, но не захотел. Вместо этого надстроил фамильный деревенский дом, оборудовал его разными полезными и надежными вещами, расширил дверь гаража - раньше туда пролазил Фиат, теперь с некоторым трудом протискивается Фольксваген-гольф.
Деревенский дом большой, трехэтажный (двадцать и двести лет назад был двухэтажным), да ещё и с просторным чердаком, на котором установлена драгоценная модель железной дороги. Снаружи он, впрочем довольно прост - узковатый въезд в гараж, закрытый деревянными воротами, такие же деревянные ставни на окнах и вход по каменной лестнице в жилую часть дома, закрытый столь же неказистой деревянной дверью. Трогательные вьющиеся розы над воротами. Внутри, однако же, нюансы.

В гараже на первом этаже имеется мастерская с полным набором сверлильных и шлифовальных инструментов. Каждый гвоздик лежит в своей ячейке. Из гаража вглубь этажа, врезающегося в склон горы, ведут три двери. Одна открывается в ванную с сортиром, другая в склад всяческой рухляди и барахла, третья - в погреб. В погребе прохлада, вино, масло, яйца, молоко и так далее, и тому подобное.
И на втором, и на третьем жилых этажах - стальные, выкрашенные под дерево двери с замками вроде банковских сейфов - такие, знаете ли, массивные стержни с двух сторон, глубоко погружаются в железные косяки. На ставнях тоже железные запоры, хотя и не такие массивные. Ставни отпираются изредка, чтобы почитать у окошка и погонять соседскую кошку, которая подло гадит под дверь. Окна же, снабженные хитроумными задвижками и без всяких там легкомысленных форточек, открываются крайне неохотно - за окнами тополиный пух и мухи, чего же их пускать в дом вместе с горным воздухом. В доме и так воздуха предостаточно.
О религии хозяин дома судит с интеллектуальным размахом воинствующего атеиста советских 20х или, допустим, лектора общества "Знание" начала 70х годов, из тех, что специализировались на глухих и тайнобогатых сибирских поселках. Ну, типа,
- как это девственница могла родить? Ха-ха-ха (глоток вина, пережевывание пищи)...
- А в соседней деревне поп произвел шестерых детей, одного за другим, от разных прихожанок. И при этом оставался девственником. Это вы знаете, у католиков попы все девственники. Ага. Ха-ха-ха. (опять глоток, мощное жевание). И презервативом им пользоваться тоже нельзя - грех, и женщинам тоже предохраняться грешно. Попы такие проповеди читают, чтобы ни-ни, все натурально. Потом этого попа отозвали. Ватикан вмешался, а то наши мужики собирались его зарезать. Ха-ха-ха.

...
Однако и тут есть нюанс. Посетили местное кладбище, - кстати, тоже богатое нюансами. С одной стороны там эдакие архитектурные надгробия, склепы размером с мой австралийский дом. С другой - простая стенка с ячейками, куда складывают золу. Посередке грубые каменные кресты.

Он подошел к стенке, куда замурована зола, получившаяся при сжигании трупа его первой жены. Потрогал нежно её портрет. Отвернулся и торопливо перекрестился по-католически, ладошкой. "Очки, яички, бумажник, часы" - все на месте. Потом оглянулся. Я сделал вид, что любуюсь снегом на окрестных горах.

Или ещё такой вот нюанс: за обедом хозяин сходил в погреб и принес бутылку вина собственного изготовления. С гордостью показал наклейку с надписью "1983" шариковой ручкой. Откупорили, разлили. Я понюхал и скривился, попробовал из вежливости. Пить невозможно, конечно же.
Но хозяин бутылку эту допил, не сразу, но за три дня допил. И не поморщился ни разу.

Или ещё такое. На стенке в гостиной на втором этаже висит большой портрет Че Гевары. На третьем кубинский плакат начала 90х - с Кастро, Че Геварой и кубинскими пионерами. Под стекло засунуты бумажки кубинских песо опять же с Че Геварой. На книжных полках много русских авторов в итальянском переводе - Тургенев, Булгаков (который мастер и рита), потом вдруг Солженицын "Один день Ивана Денисовича". Рядом сжатый перевод марксового Капитала. Это сын увлекается - поясняет хозяин дома. Сын работает в Милане начальником экспортного отдела на какой-то якобы знаменитой трикотажной фабрике. Хозяин дома ходит по деревне в изделиях этой фабрики: светло-оранжевых брюках и темно-оранжевой куртке с большим лейблом на рукаве. Говорит, что этому лейблу завидует вся местная молодежь.

потом продолжу, времени нету категорически
Tags: италия, путешествия
Subscribe

  • (no subject)

    Суета вокруг куропатника. Агрессивную буржуазную самку отделили решетчатой перегородкой от прочих. Она тут же успокоилась, занялась едой,…

  • (no subject)

    Жена докупила к паре куропаток еще трех - женского пола. Полагается среди знатных куропатоводов, что оптимальный размер яйценоского выводка этих…

  • (no subject)

    Поучаствовал в "диалоге", то есть бесконечном и бесплодном споре между ортодоксальными католиками и протестантами - фундаменталистами. Отголоски…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments