Савелий Балалайкин (balalajkin) wrote,
Савелий Балалайкин
balalajkin

Categories:

3.8 Яйца и Хуй. Сумма теологий. Повторение и переложение пройденного.


 

 

Преподавание религии, и в узком смысле – теологии, никуда не годится сегодня. Но оно никуда не годилось и вчера, и во времена Абеляра и даже и на благословенном Западе. Это надо умудриться, - из высшего раздела философии, из науки-искусства-игры о начале, цели, смысле и финале человеческой жизни и мироздания в целом сделать такую тягомотную скуку и в лучшем случае «пляску дождя для среднего класса» по выражению Джона Клиза, --- с добавлением правила проделывать эту пляску с унылым лицом.

 

Во всяком случае у Абеляра получалось интересно, - от этого и скандал вокруг него.

Безусловно, религия – самое интересное, увлекательное, эротическое и сексапильное что можно было придумать, - первые схоласты  понимали это очень хорошо, понимал это и Абеляр, наш герой.


Но это и самая опасная область философии, поскольку она оперирует абсолютами и склонна поэтому превращаться в догмат, интеллектуальную тиранию и полицию нравов (переставая при этом быть философией, искусством и игрой), и поэтому строго говоря возможна только в абсолютно свободной интеллектуальной среде. Конечно, это чисто умозрительная утопия – свободная интеллектуальная среда.

 

Аналогичной (или тавтологической) утопией является и свободная любовь.

 

Асексуальность и атеизм – это кстати тоже утопические идеи, чистые фикции, но с обратным знаком.

 

Римское общество, основанное на натуральном законе, понимало любовь весьма натурально и утилитарно, - любишь, значит женись, плодись, радуйся, веди семейную жизнь и прославляй свой род и род своей избранницы заодно на всю римскую вселенную и даже в потустороннем мире.

Если не получается строго блюсти свой пенис и Приап требует жертв – есть публичные дома и вполне доступные проститутки (базовая цена услуг легальной проститутки в Риме – цена бутылки вина). Наконец, между законным браком и протитуцией существует конкубинат, - более или менее временное сожительство на договорных основаниях.

 Яйца и хуй здесь связаны, поставлены на службу роду и находятся под законом и обычаем.
Но каждый трактует закон и обычаи так, как ему вздумается, - до тех пор, пока его интересы не пересекутся с интересами других римских родов.

 

Что изменяется при утверждении христианства в роли имперского культа?

 

Во-первых, браки теперь заключаются легально только через Церковь в лице местных её представителей, которых становится все больше и больше. Во-вторых, сами представители Церкви сами все чаще и гуще – браком не связаны и браку как таковому чужды, своими яйцами и хуем они могут пользоваться, но не могут владеть, законный же земной владелец всех христианских яиц и хуев - Церковь.

Наконец, сама Церковь все более косо глядит на частное пользование яйцами среди своих клиентов. Регулярный каноник не должен утверждать  свой род, потому что своего рода у него нету. Его род – Церковь (партия, комсомол...).

 

 

Во времена Абеляра пользование частными яйцами решалось в рамках коммунистического христианства, но еще вполне либерально. В одном из монастырей, куда Абеляр попал, уже лишившись яиц, монахи открыто имели любовниц и детей и требовали от настоятеля монастыря заботы и покровительства для всех этих нахлебников-пролетариев.

 

 

 

И сам Абеляр, до того как лишился яиц, понимал свободную любовь в точности так, как эти юные коммунисты представляли себе идеальное общественное устройство, - «от каждого по способностям, каждому по потребностям, а дети общие» - поэтому он убеждает Элоизу (несмотря протесты этой умнейшей женщины) заключить формальный брак, ей жить в монастыре (не принимая формальных обетов) на всем общем, и их сына Астролябию сдать в монастырь же.

 

 

Этот своеобразный компромисс между частным (мои яйца) и общественным (яйца церкви-партии) был нежизнеспособен, что и доказала личная трагедия Абеляра.

 

 

Унижение частного рода, которое испытывает дядя и прочие родственники Элоизы, их переживания по поводу заведомо несвободной  судьбы нелепого Астролябии Абелярдуса, и становятся прямой причиной кастрации юного схоласта.

 

 

Формально Абеляр потерпел тяжкое увечие и может требовать самого сурового наказания для злодея. Но кто тут злодей? Исполнителей уже схватили, и не только оскопили, но и ослепили без всякого суда и следствия. А заказчик преступления? Один дядя Элоизы? Нет, еще какие-то родственники. Просто люди. Общество. Которое церковного коммунизма-христианства не принимает, - «вы отдельно, мы отдельно».

 

 

Кто может свершить правосудие?  Только Папа Римский, всеобщий патрон.   Но  Абеляр убеждается после долгих рассуждений, что жаловаться Папе бесполезно. Тупик.  Яйца потеряны, но никто не виноват. А может быть, виноватее всех сам Абеляр, пойдя против закона природы, против того самого Jus Naturale.

 

 

Дальше у Абеляра начинаются приключения хуя без яиц, коммуниста вне политики (опять же чистая утопия). Схоласт, занявшийся чистой теологией в шалаше, собирает превеликое множество учеников, и этот кружок Абелярдистов имеет все признаки становления отдельной сектой, школой мысли, музыкальным течением, битломанией, отдельной семьей наконец -  Gens Abelardus.

 

 

В новые, если и не новейшие, времена такой гениальный свободный философ, анахорет и отшельник нашел бы вполне комфортные условия для существования такого духовного кружка, да и сама секта абелярдистов не вызывала бы особых скандалов, особенно если глава секты лишен яиц и не может быть заподозрен ни в условиях 20го века – в  педерастии, ни в условиях 21-го века- в педофилии. Можно сказать, Абеляр, лишившись возможности продолжать свой род, стал первым и пока единственным в своем несуществующем роде идеальным свободным мыслителем, учителем и художником нового времени. Новое время приветствует кастратов обеих полов, не озабоченных ни родом, ни детьми, ни клиентами, а целиком посвятивших свою жизнь искусству, науке, службе, йоге, спорту.

Взамен новое время жалует кастратам безопасную игровую еблю и массу прочих маленьких удовольствий. Но об этом еще будет разговор в заключительных главах.

 

 

Средневековая же Церковь – это не кружок художественной самодеятельности и не университет 20-21 веков, а важнейший для сохранения мира имперский культ, поэтому среди философов там идет такая же бешеная драка, как сегодня – на высших эшелонах корпоративного менеджмента.

 

 

Абеляру затыкают рот, - сжигают его Книгу и стараются лишить возможности заниматься философией вообще, - по его собственному выражению, повторно кастрируют, на глазах режут виновника всех скандалов – духовный Хуй.

В этой повторной кастрации лично поучаствовал святой Бернар, именем которого названа собачья порода Сенбернар.

Вот этого мучения Абеляр стерпеть уже не может и спешит в Рим, чтобы самому Папе заявить «а у меня есть собственный Хой» и защититься, но к счастью, вовремя умирает, чтобы стать легендарным героем и  реликвией для влюбленных паломников нового времени.

 

 </span>

 

Tags: абеляр и элоиза, яйца и хуй
Subscribe

  • (no subject)

    Суета вокруг куропатника. Агрессивную буржуазную самку отделили решетчатой перегородкой от прочих. Она тут же успокоилась, занялась едой,…

  • (no subject)

    Жена докупила к паре куропаток еще трех - женского пола. Полагается среди знатных куропатоводов, что оптимальный размер яйценоского выводка этих…

  • (no subject)

    Поучаствовал в "диалоге", то есть бесконечном и бесплодном споре между ортодоксальными католиками и протестантами - фундаменталистами. Отголоски…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments